Памяти 8-ой дивизии посвящается!

Памяти 8-ой Краснопресненской дивизии народного ополчения посвящается!

Этот день, 4 октября 2016 года, для большинства из нас начнется вполне обыденно. Утренний подъем, завтрак, отправка, а то и сопровождение любимых чад в дошкольные или школьные учреждения, и наконец работа. Ничего нового. Все, как обычно. И это хорошо. Это даже замечательно. Но так было не всегда.

Для наших земляков, добровольцев 8-ой Краснопресненской дивизии народного ополчения, утро четвертого октября сорок первого года началось с бомбардировки и артобстрела. Ровно в 6:30 немецкие «юнкерсы» вывалили на головы наших солдат свой смертоносный груз, а следом за ними загрохотали крупповские орудия. На советских позициях воцарился ад. Взрывы следовали один за другим, перемешивая комья сырой земли, части человеческих тел, исковерканное оружие и снаряжение. По расчетам немецкого командования, русские едва ли могли уцелеть в своих, наскоро вырытых окопчиках. В семь утра, вполне довольный произведенным артобстрелом, командир 15-ой дивизии генерал Эрнст Хель дает команду своим солдатам начать движение вперед. Привыкшие к победам в далекой Франции, солдаты Хеля покидают опушку леса, и выстраиваются в цепь. Им ничего не говорит название близлежащей деревни Уварово. Главная цель - Вязьма. Вязьма, а за ней предел гитлеровских мечтаний – Москва.

Командир 15-ой дивизии генерал Хель

Вероятно, в тот день, многие солдаты Вермахта надеялись быстро перестрелять вставших на их пути ополченцев, и продолжить свой победоносный путь дальше. Не тут-то было. По наступающим цепям ударили нестройные винтовочные выстрелы, торопливо затарахтели станковые «Максимы» и ручные «гочкисы». Ну а когда победили Польши и Франции подошли к самой линии окопов, навстречу им поднялись усталые, закопченные люди, и приняли незваных гостей в штыки. Против профессионалов, прошедших пол Европы, встали писатели и музыканты, агрономы и рабочие, инженера и колхозники, историки и физики. Встал Московский Государственный Университет и Воскресенский Химический Комбинат, Московская Консерватория и фабрика «Молот и Серп». Встала Москва, встал Воскресенск, встала Коломна. Немцы не выдержали штыкового удара ополченцев и отошли на свои позиции. 1301-ый и 1303-ий стрелковые полки выдержали первый удар.

Немецкие самоходки на марше. Смоленщина 1941 год

Страшным был тот бой. Военврач 1303 стрелкового полка Вознесенская Е.Е. вспоминала: «За первый день боя 4-го октября в дивизии было ранено 1200 ополченцев. Представляете - 1200!» Это при том, что дивизия насчитывала всего семь с половиной тысяч человек. Санинструктора творили чудеса, в буквальном смысле слова. Белобородова Анна, сама раненая, вынесла с поля боя 50 человек, Мария Гридина, тоже раненая, вынесла почти столько же. Лена Сазонова доставила в санчасть более 40 человек.

Церковь в д. Уварово. В октября 1941 года здесь располагался дивизионный госпиталь.

В полдень противнику удалось обойти позиции дивизии, и ворваться в Уварово. Первое, на что наткнулись немецкие солдаты, войдя в деревню, это был дивизионный госпиталь, развернутый в церкви. Не останавливаясь, фашисты открыли ураганный огонь по раненым и медперсоналу. Убедившись, что в госпитале живых не осталась, немецкая колонна продолжила движение дальше, уничтожая на своем пути и штаб дивизии, и дивизионные обозы.

Они стояли до конца на своем рубеже!

А полки сражались. Без связи, без боеприпасов, с открытыми флангами. Двое суток дивизия вела бой на своем рубеже, не отойдя ни на шаг. Еще несколько раз ее позиции подвергались бомбардировке с воздуха, и артобстрелам с земли. Окопы ополченцев утюжили танками и самоходными орудиями. Враг, втрое превосходящий нашу дивизию по численности, и в пятеро по вооружению, ничего не мог поделать с ополченцами. И только пятого вечером, потеряв почти ¾ личного состава, она оставила свои позиции. Да собственно и защищать то было уже нечего и некем. Немецкие войска, обойдя защитников Уварово уже полным ходом двигались к Вязьме.

Могила командира дивизии комбрига Скрыпникова Д. П. на территории храма в д. Уварово

1299-ый полк 8 дивизии так и не сумел прибыть на помощь гибнущим товарищам. В районе деревни Хотенец, полк попал под встречный удар немецкой танковой колонны. Тем, кому удалось выжить, закрепились на опушке леса, и до вечера удерживали занятый ими рубеж. То, что осталось от 1299 полка в ночь с четвертое на пятое октября прорвались в Уварово.

 

Этим завоевателям и до Москвы не дойти, и обратно не драпать. Немецкое кладбище в районе д. Уварово.

Но это был еще не конец дивизии. Принявший командование полковник Шмелев принял решение прорываться к своим, и оставив Уварово, ополченцы двинулись вслед за уходящей к Востоку Красной Армией. В деревне Каменец, где собрались остатки 24-ой армии, генералом Ракутиным, было принято решение, оставить части 8-ой дивизии прикрывать отход остальных частей Красной Армии. Еще сутки ополченцы сдерживали наступающего врага.

Памятник ополченцам 8-ой дивизии.

8 ноября 1941 года 8 Краснопресненская дивизия народного ополчения была расформирована. Тысяча четыреста двадцать восемь жителей Воскресенского района ушли на фронт добровольцами, и вошли в состав 8-ой дивизии. На сегодняшний день установлены судьбы 605 ополченцев. Большинство из них, а именно 345 человек числятся без вести пропавшими в октябре и ноябре 1941 года, то есть скорее всего они погибли в бою под деревней Уварово, или при выходе из окружения. Всего в плен попало 120 ополченцев, из которых в лагерях погибло 45, а семьдесят пять были освобождены Красной Армией. И лишь сто тридцать Воскресенских добровольцев прорвались к своим, и продолжили воевать дальше.

Страшным было утро 4 октября сорок первого для наших земляков. Очень страшным. Но благодаря им, мы сегодня просыпаемся под мирным небом, и над нашим ухом не грохочут пушки. Благодаря им, и еще миллионам советских солдат, оплативших жизнями наш сегодняшний покой! Так давайте сегодня вспомним об этих людях. Просто, без лишнего пафоса и громких слов. Каждый вспомнит и помолчит. Вечная им память!

Память о далекой войне. На позициях 8-ой дивизии